В Южной Корее уже глубокий вечер, но вместо привычных молодых парочек и туристов по главной улице Сеула неспешно марширует огромная и разнородная толпа. В едином порыве объединились студенты и старики, оппозиционеры и даже сторонники правящей консервативной партии «Сэнури». Воинственные кричалки усталых корейцев разбавляет гул продуктовых ларьков и самый настоящий k-pop-концерт, организованный для поднятия духа протестующих. В толпе маячат одинокие огоньки свечей и аккуратные красно-белые таблички примерно одного содержания: «Президент должна уйти».

Протесты против первого корейского президента-женщины Пак Кын Хе продолжаются уже без малого третью неделю. По разным оценкам, на этих выходных на улицы вышло от 250 тысяч до миллиона человек. Последняя новость — прокуратура страны официально обещала провести допрос Пак Кын Хе. Как всё это произошло? Очень странно. С шаманистикой, подставными фондами и авторитарным следом из прошлого века.

Текст: Андрей Писарев

  

 

A photo posted by 은기 (@ceg_5382) on

 

 

 

 

  

Что происходит? 

В начале ноября в руки прессы попал жёсткий диск шаманки и близкой подруги президента страны Чхве Сун Силь. Из-за содержимого носителя разгорелся масштабный политический скандал — президента уличили в распространении конфиденциальной правительственной информации, а саму Чхве — в злоупотреблении доверием национального лидера и вымогательстве у крупнейших корейских корпораций. Деньги поступали в НКО Mir и K-Sports, организованными дочкой шаманки, обладательницей золотой медали по выездке (это когда люди в цилиндрах пытаются вальсировать на лошадях), Чон Ю Ён.

Принудительные пожертвования от гигантов национальной экономики вроде Samsung, LG и Hyundai составили около 72 миллионов долларов. Точную сумму следователи пока не называют. Вместе с этим уровень влияния шаманки на быт и работу президента доходил до абсурдного — без её помощи не обходилось даже в вопросе выбора цвета платьев и корректуры президентских речей. Против вторжения в политическую жизнь страны чужака без официального поста и выступают протестующие граждане республики.

Кроме Пак в пособничестве подозревают и других видных чиновников из высших эшелонов власти, кому-то уже выдвинуты обвинения. Вовсю идет сбор показаний топ-менеджеров обложенных «данью» корпораций. Госпожу-президента допросят уже на этой неделе. По законам страны президент не может одновременно находиться на посту и под следствием, однако это не станет препятствием в проведении расследования. При этом оппозиционная Совместная демократическая партия вцепилась в ситуацию мёртвой хваткой и похоже уже не даст скандалу затухнуть — миллионный марш протеста это вам не шутки.

 

Культ на реке Ханган

Началась эта мистическая история ещё в середине прошлого столетия.  В 1961 году в результате военного переворота к власти в стране пришёл генерал Пак Чон Хи — отец нынешнего президента Пак Кын Хе, один из самых противоречивых героев в истории Южной Кореи. Его принято считать архитектором корейского экономического чуда и одновременно жёстким автократом с аллергией на свободу слова.

У генерала был друг — или даже духовный учитель — по имени Цой Тхэ Мин. Бывший полицейский, он ушёл в монахи, но затем променял буддизм на рясу католического пастора, а став католиком, основал свой собственный псевдохристианский культ «Церковь вечной жизни» и провозгласил себя новым Буддой. Столь интенсивные религиозные искания не помешали Цою сменить шесть жен и семь имён. Со временем Цой стал личным Распутиным генерала, получив колоссальное личное влияние на политические процессы в стране.

Во время празднования дня независимости Южной Кореи 1974 года группой милитаристов было совершено очередное покушение на диктатора Пака. От шальной пули заговорщиков умерла его жена. С этого момента под влияние генеральского духовника попала и 22-летняя Пак Кын Хе, которой Цой транслировал послания от её мёртвой матери.

Пять лет спустя на званом банкете Пак Чон Хи получил пулю в лоб от своего близкого друга, директора национального бюро разведки Южной Кореи Кима Джэ Гю. На суде Ким признался, что одной из причин убийства была неспособность президента оградить свою дочь от влияния Цоя. Заговорщиков повесили, а след культа пропал из политической жизни страны на долгие 20 лет. 

«Дочь силача»

Цой Тхэ Мин умер в 1994 году, а вакантное место духовного ментора в ближнем кругу будущего президента заняла одна из его дочерей — Чхве Сун Силь. Робкая дочка лидера неожиданно выросла в политического мастодонта. В 1998-м Пак Кын Хе была избрана депутатом парламента от Консервативной партии великой страны, а в 2004-м уже возглавила партию. После ребрендинга консерваторов в «Сэнури» в 2011 году Пак Кын Хе выдвинули на должность президента. На протяжении последних 40 лет она остаётся одним из самых узнаваемых политических деятелей страны.

Во время последней президентской гонки двухпартийная система страны дала явный сбой. Президентские выборы 2012-м в Корее ещё больше напоминали небезызвестный «Giant Douche vs Turd Sandwich», чем борьбу Хиллари и Трампа. Со стороны демократов выступал Мун Чэ Ин, известный, прежде всего, самоубийством своего бывшего начальника президента Но Му Хёна, не выдержавшего позора коррупционного расследования. С другой стороны — Пак, которой сыграли на руку тень отца и ностальгия соотечественников по временам сумасшедшего экономического роста.

На обложке азиатского TIME её ласково назвали «дочерью силача» — правда, после реакции корейских читателей редакция всё-таки поменяла в интернет-версии «силача» на «диктатора». При этом слухи о её связи с таинственным лидером культа Цой Тхэ Мином не утихали. В слитых WikiLeaks имейлах от 2007 года сотрудники американского посольства в Сеуле с интересом обсуждали влияние Цоя на политика: «Ходят слухи, что покойный пастор имел полный контроль над телом и душой Пак».

Её медийная персона была очень ловко соткана годами общественной деятельности и трудами десятков партийных деятелей и консервативных журналистов. Она была крещена в римско-католической церкви и часто посещала буддийские храмы, но в прессе её называли просто «полирелигиозной».Отсутствие детей и мужа объясняли политической миссией, которая важнее личной жизни. В итоге Пак набрала победные 51,55 % голосов. Во время инаугурации первая женщина-президент стояла на фоне дерева, по-шамански украшенного шёлковыми кошельками.

 

Последствия

С начала скандала прошло чуть более трёх недель. Сейчас Чхве при каждом появлении на улицах утопает в ворохе микрофонов корейских журналистов, пытаясь спрятаться от них за масками, панамами и шарфами. Тем временем президент приносит публичные извинения и жалуется на разбитое сердце. Её рейтинг находится около отметки в 5%, а ближайшие советники и министры уже арестованы за злоупотребление полномочиями. Если импичмента не будет, то её служба в Синем доме подойдёт к концу в начале 2018 года.

В сентябре этого года Путин подарил Пак последнее рукописное обращение её покойного отца, найденное кремлёвскими агентами где-то на американской барахолке. Всего четыре иероглифа: «Через сплочённость народа давайте двигаться вперёд». Именно этим сейчас и занимается корейская общественность. После спонтанного и жестокого первого раунда выражения народной воли (с попытками въехать в офис к прокурору на экскаваторе) граждане Южной Кореи продемонстрировали один из самых мирных массовых протестов последних лет. В эти выходные на улицах не было пострадавших, а протест сопровождали выступления музыкальных групп и комиков, по площадям Сеула раскинулись импровизированные ларьки с едой, а партийные лидеры и гражданские активисты успешно координировали организованное движение многочисленных толп по всему городу.

Чиновники подсчитывают ущерб, нанесённый корейским корпорациям и экономике страны. Если влияние шаманки на кадровую политику президента сейчас мало кто подвергает сомнению, то о влиянии маленького культа на жизнь нации ещё предстоит судить следователям и журналистам. Реальные последствия кризис окажет, прежде всего, на политическую жизнь страны: потеря доверия к консервативной «Сэнури» была заметна ещё на выборах в Национальное собрание страны весной этого года. Зато у северных соседей наконец-то появился весомый повод для злорадства.